Рыжая милашка в костюме паука раздвинула ноги: сожитель жестко трахнул её раком на кухне
В московской квартире повисла липкая, густая тишина, разрываемая только нашими тяжёлыми вздохами. Его глаза жадно пожирают меня, затянутую в латекс, который обливает каждый изгиб, каждую впадинку, оставляя мало места для воображения. Я чувствую, как его взгляд прожигает ткань, как пульс отдаёт в самую сердцевину. Играю с ним, пальцем веду по молнии от горла до самого низа живота — слышу, как он сглатывает. Медленно, зубами стягиваю край, позволяя груди выскользнуть из плена, и вижу, как в его зрачках вспыхивает дикое пламя. Он не выдерживает — рывок, и я уже прижата спиной к холодной столешнице, его жадные руки мнут бёдра, раздвигая их. Мой стон тонет в его поцелуе, пока он врывается в меня одним толчком, заставляя кухонный стол жалобно скрипеть в такт каждому движению. Влажный жар разливается по телу, капли пота стекают по шее, и я впиваюсь ногтями в его плечи, шепча: «Сильнее… не смей останавливаться». Квартира наполняется нашими хрипами и шлепками тел, и эта запретная вспышка оставляет только мокрые следы на стекле и вкус его имени на моих губах.
