Монахиня молилась на коленях, а получила жесткий анал трах и сперму в рот
Она вплыла в дом — вся такая святая, в платье, облегающем каждый изгиб, словно вторая кожа, натянутая до хруста. Грудь, тяжелая и сочная, рвется из глубокого выреза, попа под тканью ходит ходуном, а на руке — часы за косарь, ногти нарощенные, каблуки — шпильки. Ну какая, к черту, проповедь? Ты уже стоял, как каменный, когда она переступила порог, и её «Аве Мария» превратилась в хриплый стон, когда ты сорвал с неё это фальшивое убранство. Она пискнула, но ты уже зарылся лицом между её ног, раздвинув влажные, послушные складки. Твой язык трахал её киску, пока она выгибалась, царапая стену нарощенными когтями и скулила: «Господи, прости…». А ты не прощал — ты брал. Сначала в одну дырку, насадив её на член так, что слюна полетела с губ, потом развернул, вогнал в задницу — тугую, горячую, умоляющую. Каждый толчок — мокрый хлюп, её крик, смешанный с молитвой, и твои яйца, шлепающие по её налитой киске. Она кончила, дрожа, когда ты залил обе её дыры спермой, оставляя её стоять на коленях, всю в твоём соке, с размазанной помадой и безумным блеском в глазах. Грешница, блять, довольная.
