Пухлая мамочка в свадебном платье жестко отсосала и залетела от зятя — семейный вечер удался
Белое кружево налипает на разгоряченную кожу, когда она проводит ладонью по бедру, задирая подол выше — так, чтобы он увидел, что под этим «невинным» нарядом нет ничего, кроме мокрого предвкушения. Она облизывает губы, глядя, как он расстёгивает ширинку, и на пол со звоном падает пряжка ремня. Член встаёт мгновенно, так упруго, что она слышит его глухой стук о живот. «Ну что, женишок, готов расписаться?» — шепчет она, опускаясь на колени прямо в эту фату, и берёт головку в рот так глубоко, что слёзы выступают на глазах. Слюна стекает на декольте, и он запускает пальцы ей в волосы, насаживая на ствол до самого горла. Её хриплый всхлип — как молитва. Минута — и она уже на спине, платье задрано до груди, фата сбилась на глаза, а член входит в неё с хлюпающим звуком, так плотно, что кровать скрипит в такт ударам. «Давай, сделай мне предложение, — стонет она, впиваясь ногтями ему в спину, — не словом, а спермой… глубоко-глубоко…» Он рычит и вбивается быстрее, пока её тело выгибается в оргазме, сжимая его до боли. Белая ткань платья вся в мокрых пятнах, а на простыне остаётся влажный след — как обещание, что свадьба точно состоится. Или хотя бы зачатие.
