Мачеха попала в переплет: трахнул её в анал, пока папаша не видит
Она шептала в трубку так, что у меня встал даже затылок. Сочные губы облизывали каждое слово, пока пальцы теребили край кружевного белья — этот голос предназначался не отцу, а какому-то хрену с барского плеча. Я замер за дверью, чувствуя, как воздух между нами наливается жаром. Она раздвинула ноги, устраиваясь поудобнее на диване, и я увидел всё: влажный блеск её кожи, набухшие соски, предательски проступившие сквозь ткань халата. Когда она положила трубку и выдохнула, я вошёл без стука. «Мама, ты так громко кончаешь голосом, что папа услышит даже за тысячу километров. Но я промолчу, если ты докажешь, что умеешь не только трепаться языком». Она ахнула, но глаза уже горели тем самым огнём — влажным, голодным, готовым на всё. Я схватил её за затылок, притягивая к своему паху, и прошептал: «Давай, покажи мачеха, как надо отрабатывать молчание. И без соплей — только грязный, жадный рот и полная покорность». Её пальцы уже дрожали на пряжке моего ремня, а дыхание сбилось в предвкушении того, как я трахну её в ту самую позу, в которой она только что ласкала себя для чужого голоса.
