Анжелика сводит с ума: её сладкие дырочки созданы для жёсткого анала и минета
Мягкое, невесомое боди телесного цвета облегает каждый изгиб, словно вторая кожа. Анжелика стоит, чуть прикусив губу, и видит, как взгляд парня темнеет, становится голодным, диким. Он уже не смотрит на ткань — он разглядывает то, что под ней, чувствует, как твердеют соски под нежной тканью. Грудь вздымается чаще, и он проводит ладонью по бедру, сминая боди, задирая его вверх, к самой влажной, горячей дырочке, что уже блестит, предательски блестит от сока. Он усмехается, наклоняется к уху: "Такая красивая сверху, а снизу — просто течка. Я же знаю, ты уже готова, чтобы я разорвал эту дрянь трахнул тебя так, чтобы стенки сжались до хруста". Анжелика всхлипывает, подаётся бёдрами навстречу, чувствуя, как пальцы скользят по влажной промежности, отодвигают мокрую ткань в сторону, открывая самую сладкую, самую жадную плоть, которую он сейчас начнёт долбить, без остановки, чувствуя каждый хлюпающий толчок.
