Озорная студентка умоляет о жёстком анале, пока мачеха не вернулась — групповуха, минет и сперма в трофеях
Они ворвались в комнату, как две голодные дикие кошки. Дверь захлопнулась, и воздух мгновенно наэлектризовался. Её пальцы уже впивались в его ремень, а он нависал сверху, грубо сминая её губы поцелуем, пока она не застонала ему в рот. Он выдохнул ей в шею, и его голос, хриплый и низкий, резанул по нервам: «Открой рот, детка. Сделай мне приятно». Она опустилась на колени, чувствуя, как мраморный пол холодит кожу, а во рту уже пульсирует влажный жар предвкушения. Когда его член коснулся её губ, она провела языком по головке, медленно, дразня, а затем заглотила его целиком, до самого основания, чувствуя, как он выгибается от наслаждения. Глотка расслабилась, принимая его глубже, а слёзы от напряжения смешивались со слюной, стекая по подбородку. Схватив её за волосы, он задавал ритм, жёстко и глубоко, пока она мычала, принимая каждое движение. Затем он поднял её, бросил на кровать и рывком развёл её ноги. Её промежность уже блестела от возбуждения, половые губы набухли и раскрылись, приглашая. Он вошёл одним толчком — без прелюдий, без пощады, погружаясь во влажное, тугое нутро. Она закричала, выгибаясь навстречу, а он навис сверху, вбиваясь всё быстрее, чувствуя, как её стенки сжимают его, пульсируют. «Ты моя, — прохрипел он, — чувствуешь, как я трахаю тебя, сука?» Каждый толчок — это взрыв, её бёдра дрожат, слюна течёт по губам, а в комнате только звуки влажных шлепков и сбитое дыхание. Она кончила первой, забившись в экстазе, и он, не сбавляя темпа, излился в неё глубоко, с рыком, заставляя её тело содрогаться в унисон.
