Махровая милфа с голодной киской умоляет пасынка трахнуть её в анал вместо игрушки, но он сначала вылизывает сперму с её сисек

Она уже мокрая до локтей, а он только играет — водит головкой по скользким губам, дразнит, смотрит в глаза с усмешкой. Пальцы скользят внутрь, растягивают, вылизывают стенки до хлюпающего звука, а член лишь касается клитора, дёргаясь от напряжения. Она стонет, выгибается, хватает его за запястье — умоляет, но он лишь гладит большим пальцем набухший бугорок, чувствуя, как сводит мышцы живота. «Терпи, сучка, — шепчет он, вылизывая солёные капли с её шеи. — Я решаю, когда тебя трахнуть». Каждое движение пальцев — обещание разрядки, каждый толчок языка — насмешка. В глазах пелена, слюна течёт по подбородку, а он всё медлит, сжимая член у самого входа. Она уже на грани — дышит рвано, скулит, таз сам тянется навстречу. И когда первый спазм сжимает её горло, он наконец входит — одним резким, грубым ударом, разрывая тишину мокрым шлепком. Крики, скрип кровати, сплетённые пальцы в простынях. Он долбит так, что сбивается дыхание, пока она кончает снова — судорожно, громко, обвивая его ногами. БДСМ — это не про боль, это про власть. А он сегодня взял её сполна.