Доброе утро папочка! Милфа-мачеха разбудит жёстким сексом и глубоким минетом со спермой в ротик
Рыжая бестия с точеной фигуркой просыпается первой. Тонкие пальчики скользят по бедру, поправляя кружевные трусики, которые и так едва прикрывают задницу. Она крадется на кухню — босая, с растрепанными волосами, пахнущая сонным теплом и сладкой дерзостью. Кофе? Не-ет, малышка знает, что отчим проснется от другого аромата. Она наклоняется за чашкой, выгибая спину так, чтобы трусики впились между ягодиц, и замирает, чувствуя его взгляд на своей пояснице. Он входит бесшумно, но воздух становится гуще. Его ладонь ложится на ее талию, пальцы впиваются в нежную кожу, разворачивая к себе. Она кусает губу, глядя снизу вверх — в глазах вызов и мольба одновременно. «Ну же, папочка, опоздаешь на работу». Он усмехается, одним движением срывая с нее трусики. Ткань трещит, и она чувствует, как его твердый член упирается ей в живот, прожигая ткань брюк. Он не нежничает — берет грубо, резко, задирая ее ногу на столешницу. Она ахает, когда он входит — сразу на всю длину, раздвигая тугие стенки, заставляя ее выгнуться дугой. Каждый толчок — глубокий, влажный, с хлюпающим звуком, от которого у нее подкашиваются колени. Она шепчет, впиваясь ногтями в его плечи: «Долби только меня, слышишь? Чтобы мать забыла, как пахнет твой член». Он рычит, ускоряясь, чувствуя, как ее киска сжимается в спазме. Она кончает первой — со стоном, разбрызгиваясь по его животу, вылизывая его шею. А он догоняет, заливая ее горячей струей, пока она дрожит, ловя губами каждое его проклятье.
