Чарльз в новом доме трахает риелторшу во все щели: от минета до жёсткого анала с кремпаем в попку
Скарлетт, эта сука-риелторша, знала толк в охоте. Годами изучала его привычки, его взгляды, его запах — и вот, наконец, заманила в ловушку. Идеальный дом: панорамные окна, в которых отражается её задница в чулках, камин, готовый разжечь пожар похлеще, чем у неё между ног. Чарльз ходит, смотрит, но в глазах тоска — дома жена, которая предпочла ему какого-то ублюдка. Скарлетт округляет глаза, цокает языком: «Такой мужик, и ему изменяют? Да я бы тебя, милый, каждый божий день трахала, пока ты не взмолишься!» Не выдерживает — падает на колени прямо на паркет. Ширинка звенит, ремень летит в сторону. Она выхватывает его ствол — налитой, тяжелый, уже пульсирующий от предвкушения. Губы смачно обхватывают головку, и она втягивает его целиком, до самых яиц, давясь и захлёбываясь слюной. Чавкающий звук разносится по пустой комнате, её мокрые пальцы сжимают основание, пока она дрочит и сосёт одновременно, не давая ему выскользнуть. На диване она задирает ноги к небу, пальцы ног тянутся к люстре. Чарльз нависает, вгоняет в неё член — в самую мокрую, горячую пизду, которая принимает его по самые гланды. Она стонет, выгибается, её сиськи прыгают в такт его толчкам. Потом разворачивает её раком — лицом к камину, и он входит сзади, грубо и жадно. С каждым ударом её жопа шлёпает о его ляжки, влажные хлюпающие звуки смешиваются с треском дров. Её крики разрывают тишину: «Еби меня, купи этот дом и еби меня каждый гребаный день!» Она чувствует, как его пальцы раздвигают её ягодицы, и мокрый язык скользит по сжатому колечку ануса. Дрожь простреливает всё тело, когда он вбивает головку в тугую дырочку. Скарлетт закусывает губу до крови, её очко принимает весь ствол, сжимаясь и разжимаясь вокруг него. Она скулит, когда он долбит её в жопу, наращивая темп. Каждый дюйм его члена раздвигает её изнутри, и она кончает, разливаясь по его члену горячим соком. Финальный рык — он выдёргивает из попы и заливает её кишку густой, липкой спермой. Она чувствует, как горячие струи бьют глубоко внутрь, а потом вытекают, стекая по её бедрам на новый паркет тягучей дорожкой. Чарльз выпрямляется, застёгивает ширинку и
