Мачеха трахалась со всеми, пока я не отжал её дырки: теперь только мой жёсткий анал и минет
Она вошла в комнату, как будто владела всем миром — эта сука знала, как заставить воздух дрожать. Ткань платья обтягивает каждый изгиб, я вижу, как её бёдра играют в такт шагам, и у меня встаёт моментально, до боли. Хватит смотреть, как она раздвигает ноги перед какими-то ублюдками. Сегодня я заставлю её захлебнуться стоном. Мои пальцы впиваются в её талию, разворачивая к стене. Она даже не сопротивляется — только выдыхает, низко, хрипло, с этой гребанной усмешкой на губах. Я толкаю её лицом в холодную поверхность, задираю подол к чёртовой матери, и моя ладонь жадно сминает её задницу. Слышу, как она шипит, когда я провожу линию трусов — уже мокрых, скользких от её желания. — Ты так долго ждал, мальчик? — шепчет она, изгибаясь. Вместо ответа я срываю с неё бельё и вхожу одним мощным, грубым толчком. Она вскрикивает — гортанно, грязно, срывая голос. Каждый сантиметр моего ствола вбивается в её горячую, тесную плоть, и я чувствую, как она сжимается вокруг меня, принимая, умоляя продолжать. Запах секса, её влажность, звуки шлепков моего тела о её зад — это кайф, от которого ломает сознание. Она уже не усмехается. Она всхлипывает, царапая стены, а я вбиваюсь всё глубже, быстрее, разбивая её самоуверенность в щепки. Мы оба знаем: теперь её тело — моя территория. Каждое утро она будет ждать, когда я снова напомню, кто здесь хозяин.
