Разложил соседку на доске — шахматы кончились жёстким аналом и спермой
Блондинка смотрит на тебя сквозь ресницы, пальцами лениво крутит чёрную пешку, а между ног уже всё мокрое. Она знает — ты знаешь: эти шахматы были нужны ровно на пять секунд. Один ход, и стул летит в сторону. Джинсы трещат по шву, когда она, не глядя, сметает фигуры на пол — пусть катятся, мы здесь не за победой. Разворачивается, встаёт на четвереньки прямо на столе, и с тихим, сдавленным стоном раздвигает ягодицы. Видно, как от возбуждения всё внутри пульсирует, как капелька смазки медленно стекает по бедру. Ты входишь в неё с хриплым рыком, и она подаётся назад, ловя ритм, шепча сквозь зубы: «Да, туда... глубже... порви меня». Каждый толчок — мокрый, глубокий, до хруста пальцев, вцепившихся в край доски. Её спина выгибается, дыхание сбивается в прерывистые всхлипы, и когда ты накрываешь её грудь ладонью, сжимая сосок до боли, она взрывается — горячая волна сквирта заливает шахматное поле, стекая с клеток на пол, пока ты кончаешь в неё, до последней капли, сжимая бёдра и слыша, как она стонет твоё имя.
