Сочная мачеха с ума сошла: соблазнила пасынка и жёстко трахнулась с ним до хрипоты
Она вплывает в комнату, бедрами покачивая так, что воздух плавится. Взгляд — скользкий, мокрый, с поволокой. Он уже стоит, сжимая член сквозь джинсы, и она видит эту каменную твёрдость — улыбается, облизывая губы. «Ну что, малыш, соскучился по мамочке?» — шепчет, расстёгивая блузку. Ткань падает, обнажая твёрдые соски, и он с рыком подхватывает её за талию, впечатывая спиной в стену. Она ахает, когда его ладонь грубо сминает грудь, а пальцы ныряют в трусики — там уже всё скользко, горячо, текуче. «Боже, да ты течёшь! — хрипит он. — Готова, сучка?» Она лишь стонет, закусывая губу, пока он спускает штаны. Член входит резко, на всю длину, и её киска с чавкающим звуком принимает эту дикую глубину. Каждый удар — с хлюпаньем, с шлепками мокрых тел. Она вскрикивает, впиваясь ногтями в его спину, а он наращивает темп, вбиваясь до хруста, до дрожи в коленях. Слюна капает с её губ, слёзы счастья смешиваются с потом. Когда он кончает, заливая её нутро густой, горячей волной, она выгибается дугой, судорожно сжимая его член в финальном спазме — и замирает, тяжело дыша, чувствуя, как сперма вытекает по бедру.
