Стройняшке дико повезло: матерый любовник натренировал её киску жестким сексом
Она думала, что это будет обычный вторник. Но он ворвался в её жизнь, как удар тока — жадный, нетерпеливый, голодный до её тела. С первого поцелуя стало ясно: этот парень знает, что делает. Его пальцы уже впивались в её тонкую талию, сминали кожу, оставляя следы. Она выгнулась, тихо застонав, когда он рывком стянул с неё трусики. — Ты же знаешь, зачем я пришёл, — хрипло шепнул он, проводя языком по её шее, чувствуя, как она дрожит. — Мне плевать на твои рабочие будни. Мне нужно, чтобы ты забыла, как дышать, пока я буду внутри тебя. Она опустилась на колени, даже не попросив. Губы сомкнулись на его члене, влажно, глубоко, с влажным хлюпающим звуком. Каждый глоток, каждое скольжение языка выбивало из него сдавленный мат. Слюна стекала по подбородку, но ей было плевать — она хотела, чтобы он кончил ей в горло. Но он рванул её за волосы, заставил встать и грубо развернул к кровати. Звук шлепка по упругой попе разнёсся по комнате, смешиваясь с её вскриком. Она вцепилась в простыни, встав на четвереньки, и почувствовала, как его головка упирается в её влажные складки. Толчок — и он вошёл сразу на всю длину, заставив её зарыться лицом в подушку. Каждый удар бедрами отдавался гулом внизу живота, член входил мокро и плотно, а её попка подмахивала навстречу, встречая каждый толчок дрожью. Он сжал её груди, дёргая соски, и прошептал на ухо: — Твоя киска — лучшее место, где я был сегодня. Соси мой член, детка, соси, пока я не залью тебя спермой. Она кончила первой — резко, судорожно, сжимаясь вокруг него, и он зарычал, ускоряясь, вбиваясь в неё глубоко и сильно, пока горячая волна не накрыла их обоих.
