Сынок, разве мать откажет в жёстком анале? Я пьяна и хочу твоего горячего траха
Зрелая, грудастая мамочка, распустившая себя за две недели беспробудного запоя — это уже не мать, а кусок горячего, бесхозного мяса, развалившийся на диване. Молодой, злой как черт сынок врывается в эту атмосферу застоя с единственной целью: не просто устроить скандал, а вбить в её размякшее тело свои правила. Он орёт, срывая голос, а она, мутным взглядом уставившись в потолок, лишь тянется к очередной рюмке. Это становится последней каплей. Он вырывает бутылку из её пальцев, чувствуя, как его собственный член наливается сталью от прилива дикой, запретной ярости. "Сучка, ты вообще соображаешь, кто тут главный?" — рычит он, заламывая её запястья и разворачивая к себе. Слюна летит с его губ, попадая на её налитые, тяжелые сиськи, едва прикрытые халатом. Её рот, влажный и пахнущий перегаром, открывается для крика, но вместо слов туда влетает его твердый, как камень, ствол. Он не просто трахает — он вбивает свою злость в её глотку, слыша влажные, захлёбывающиеся хлюпанья и её мычание. Она не сопротивляется — наоборот, её язык, сначала вялый, начинает жадно облизывать головку, а руки сами тянутся к его яйцам. "Ммм... да, сынок, сильнее..." — шепчет она в перерывах между глубокими глотками, когда он переворачивает её на спину, задирая халат до подбородка. Её мокрая, давно забывшая о мужиках киска блестит в тусклом свете. Он грубо входит с одного толчка, растягивая её до предела, и она выгибается дугой, царапая ногтями обивку дивана. Каждый его выпад — это расплата за её лень, за её запущенный дом и за то, что она, мать, превратилась в похотливую куклу. На следующий день всё повторяется: та же сцена, тот же пьяный угар, но сегодня он решает, что её задница недостаточно наказана. Он насаживает её раком, раздвигая ложбинку и плюя прямо в сжатое колечко ануса. Она взвизгивает, когда его член входит в тугую, горячую попку, и начинает двигаться, наращивая темп до бешеного. Слюни капают на пол, её стоны переходят в вой, а он сжимает её бедра, оставляя синяки. Этот парень явно не собирается останавливаться. Он будет вбиваться в неё каждый день, меняя дырки, пока она не станет его личной, вечно голодной шлюхой. Звонок брошенной подруге так и останется без ответа — ему теперь есть кого трахать по-настоящему, и эта мамочка,
